День за днем город оживает. Тысячи томящихся в самоизоляции ростовчан с нетерпением ждут новых послаблений от местной власти. А тысячи других, махнув на официальные разрешения рукой, уже вышли на улицы. Кого-то вытолкало на них безденежье, кого-то — погожая весна, как ни крути, человек — существо социальное.

На днях я прошелся-проехался по городским улицам. Пытался понять, чем живут ростовчане, какие настроения.

Очередь в Сбербанке

Меня веселит уже самый первый объект — один из крупных филиалов Сбербанка России в районе проспекта Буденновского и улицы Социалистической. Там опять очередь! Ее хвост, правда, не шибко длинный, но минут десять стоять придется. На полу нанесена разметка, помогающая держать полутораметровую дистанцию друг от друга. На нее, надо сказать, никто не реагирует.

Большинство посетителей зала — бабушки в масках. Лопнуло их терпение наконец — пришли оплачивать «коммуналку»! Хотя власти официально разрешили задержать платежи, но, видно, привычка оказалась сильнее.

— Народу с каждым днем прибывает, — делится впечатлениями одна из работниц зала Александра. — Сейчас все почему-то на карантин «забивают».

Экипирована Александра с коллегами по полной программе: маска, перчатки. И даже красивый пластиковый защитный экран на голове с надписью: «Будьте здоровы». Не знает, откуда банк его взял, но говорит, что сознательная, не хочет заболеть. Ведь через них за день столько народа проходит!

Перегороженная Садовая

Прощаюсь, следую в сторону Большой Садовой. Вход на главную улицу города по-прежнему перегорожен. У заборчика стоит полицейский с двумя нацгвардейцами. Иду мимо — окликают.

— У вас пропуск действует по пятнадцатое число, — придирчиво отмечает страж правопорядка.

— Так говорили же, что никаких новых документов не требуется и не будет, — отвечаю я. — И продлевать ничего не собираются, чтобы не провоцировать скопления народа.

Он машет рукой: проходи. Похоже, разобраться в постоянно меняющемся правовом поле, что в очередной день можно-нельзя, проблематично не только мне, но и служивым. Понять логику отдельных решений, признаться, также.

Одичавший парк Горького

С другой нелепостью сталкиваюсь у входа в парк имени Максима Горького. Развешанные кругом поздравительные плакаты с юбилеем Великой Победы соседствуют с перегораживающим путь на главную аллею металлическим забором. Значит, сюда нельзя? Но зачем размещать поздравления у входа? Хотя нарушители — тоже люди, имеют право услышать доброе слово, полюбоваться красотой. Может, такая логика?

А со стороны Пушкинской в городской сад можно зайти: никаких заборчиков. Парк немного одичал: прямо на главной аллее две птицы ругаются, делят орех, нарушая тишину. В начале самоизоляции здесь вопило радио, призывающее ростовчан оставаться дома. Теперь оно умолкло: то ли сломалось, то ли его просто вырубили работники парка — самим надоело слушать.

Народ здесь есть, хотя и немного. Молодая мама гуляет с двумя маленькими сыновьями, спустилась в нижний уровень парка. Старший рассекает на велосипеде, а младший уселся в песочнице, ковыряется, лепит пасочки. Коронавируса не боятся.

Тем временем на главной аллее фотограф с фотографиней снимают природу. На одной из лавочек расселись трое пьяниц. Взглянув меня, просят: «Дай закурить»! Компания подростков, увидев наведенную мной камеру, дурачится, машет руками.

За то время, что я нахожусь в парке, мимо несколько раз проходят полицейские и нацгвардейцы. До нас им нет дела.

Баянист на Пушкинской

Людей на улице Пушкинской побольше. Здесь даже сидит уличный музыкант — дедушка-баянист! Из раздуваемых мехов льются военные мелодии. В открытом футляре блестят немногочисленные монеты — не густо.

Угадываю пару-тройку мелодий под одобрительные дедушкины улыбки и разговариваемся. Играет он на баяне больше для души, не ради заработка. А к коронавирусу относится как фаталист: чему быть, того не миновать.

Под Донской государственной публичной библиотекой, как в прежние времена, собралась тусовка: молодежь, дети. Скейтбордистов почему-то нет, из транспорта — велосипеды и самокаты. Кое-кто катается прямо в масках — нелепое зрелище. Мимо бежит молодой парень-спортсмен: в ушах наушники, в кулаке сотовый телефон. Хорошо, хоть на нем нет маски!

У многих гуляющих собаки на поводках — замена пропуска. Внезапно одна из собаченций приличных габаритов сбегает от одинокого мальчика и рысью несется к зазевавшейся кошке на газон, обливая ее звонким лаем. В ответ кошка шипит, подбежавший ребенок ругается-вопит на собаку, а та не воспринимает его всерьез. Вот так и отпускай детей одних гулять с крупными животными!

«Мало другой заразы»?

Еду в автобусе №34 с Центрального рынка на Западный. И слушаю, как рядом сидящие пенсионерки ругают китайцев. Речь идет о дурном гастрономическом вкусе.

— Они же там едят все, что движется-ползает: змей, тараканов, пауков, — говорит одна тетенька. — Это надо же, сожрать летучую мышь и перезаражать весь мир! Ну не идиоты? С соседей-японцев брали бы пример, те по рыбным деликатесам!

— Вряд ли, похоже, вирус рукотворный, — пытаюсь я блеснуть эрудицией. – Они выводили микроорганизмы, чтобы СПИД уничтожить. Но что-то пошло не так, и зараза вырвалась на свободу.

— Все это, скорее уж, дело рук американцев, — включается другая пенсионерка. — Вообще нагородили огород и Китай, и США! А мы отдуваемся. Даже Путин на них не найдет управу!

— А может, хватит с этим коронавирусом носиться? — задумывается первая. — Мало у нас другой, более опасной заразы?

Бомж в маске

Активней всего сейчас кипит жизнь на продуктовых рынках и универсамах. Не дожидаясь официального разрешения, вслед за ними потихоньку открываются вещевые магазины. Кто-то пока работает только «на вынос», не пуская клиентов внутрь, кто-то делает вид, что не пускает, каждый придумывает собственные правила. И все обсуждают какой-то «неофициальный» пост губернатора Голубева, собирающегося разрешить непродуктовую торговлю.

— Народ сам начинает работать, что делать? — говорит мне знакомый предприниматель Владимир с Западного универсального рынка, владелец нескольких ларьков, разбросанных по городу. — А бизнес «просел» у всех, даже у бомжей. Теперь им никто не подает, поскольку люди по улицам толком не ходят.

Волею судьбы в подтверждение его слов на наших глазах к рядом стоящей урне подходят двое бездомных, вытаскивают из нее мусор в принесенный здоровенный пакет. А затем застилают урну свежим кульком. Кажись, стали на путь исправления, подрабатывают уборщиками!

Правда, напоследок один из них портит позитивное реноме, поскольку извлекает из груды мусора чью-то использованную маску и надевает на себя. Эх, справедливо ведь говорят: заставь дурака Богу молиться! Фанатик масочного режима.

— Значит, на работу пора выходить? — напоследок спрашиваю у Владимира. — Рисковать жизнью и здоровьем?

— Есть вещи страшнее коронавируса, например помереть с голода. Нет у нас денег, чтобы в потолок месяцами плевать. В Белоруссии Батька правильно сделал — на все забил. И живут, как прежде.

И стар, и млад — нарушители!

— А знаешь, мою подругу пару недель назад чуть ли национальная гвардия не арестовала за гуляния по улицам, — рассказала мне несколько дней назад шестнадцатилетняя дочка.

— А старшие что, отпустили? — интересуюсь.

— Нет, ее бабушка нарушила карантин и поехала на дачу. А внучке строго-настрого наказала дома сидеть. Но та сбежала на улицу, где ее гвардейцы поймали.

— И что дальше было?

— Подруга им наврала, что якобы идет к своей старой бабушке помогать по дому. Они ее отпустили, строго сказали: бегом домой и носа не высовывай!

Что после такого остается сказать? Потребность в деньгах и естественный природный зов многих людей пересилили страх быть задержанными и оштрафованными за нарушение режима. Впрочем, судя по всему, полицейским выявлять нерадивых нарушителей также надоело.

Олег ПЕТРУШИН,
фото автора


Оставьте комментарий



© 2009–2020 Ростов-Дом. Архитектура, строительство, ремонт, ЖКХ.
Сайт зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций,
свидетельство Эл № ФС77-44159 от 09.03.2011. Перепечатка возможна только с согласия редакции.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru